Ваши письма
Объявления

--

Группа Советских войск в Германии » ФРГ - ГДР :: Германская Демократическая республика » Берлинский кризис 1961 г. История сил радиоэлектронного противодействия

Берлинский кризис 1961 г. История сил радиоэлектронного противодействия


Гости студии: доктор военных наук, генерал-лейтенант Александр Игнатьевич Палий;
Ведущие: Дмитрий Семенюк;

Дмитрий Семенюк:
28 октября 1961 года. Берлин. К контрольно-пропускному пункту у Бранденбургских ворот двигаются 3 американских джипа. За ними мощные бульдозеры. И замыкают шествие 10 танков. Американцы наметили акцию по уничтожению пограничного пункта. Здесь все готово к встрече. Наша военная разведка заблаговременно получила информацию о времени начала операции. В переулках в этом районе размещено до батальона пехоты и до полка советских танков. После того, как джипы беспрепятственно проехали КПП, были заведены моторы наших боевых машин. Они стали выходить на встречу. Бульдозеры остановились, не достигнув границы. Советские танки тоже остановились. Джипы, пометавшись в тылу наших танков, развернулись и возвратились в Западный Берлин. Военная техника, наша и американская, осталась на местах. Противостояние продолжалось практически всю ночь. Затем по команде из Москвы наши танки развернулись и ушли в переулки. Через полчаса американские танки и бульдозеры также ушли. Таков эмоциональный фон того времени.
Германия тогда была страной, где в плотном соприкосновении, друг напротив друга были расположены мощные группировки советских и американских войск. Запад вел политику на непризнание ГДР. В нашем Генеральном штабе разрабатывались планы силового выдворения войск НАТО из Западного Берлина. В начале 61-го года на должность главнокомандующего советских войск в Германии назначается маршал Советского Союза Иван Степанович Конев. Особая роль в операции отводилась силам радиоэлектронной борьбы. Наш собеседник – доктор военных наук, генерал-лейтенант Александр Игнатьевич Палий с 61-го по 68-й годы занимал должность помощника начальника штаба группы советских войск в Германии.

Александр Палий:
Известно, что в конце пятидесятых годов западные страны и США проводили агрессивную политику в отношении Советского Союза, в особенности, в ГДР и в других государствах. Та же самая политика наблюдается и сейчас. Не зря в своем послании президент сказал, что «волк слушает, да ест». Идет усиление агрессивности поведения в отношении России. Тогда западные страны проводили разведывательные действия, прежде всего, силами авиации и морфлота, против Советского Союза. 1 мая 1960 года один из самолетов-разведчиков U2, совершавших разведывательный полет вглубь территории страны, был сбит в районе Свердловска.

Дмитрий Семенюк:
Этот случай известен, благодаря тому, что самолет сбили. А до этого были эпизоды, когда западные самолеты нарушали нашу границу, но их не сбивали. И они свободно уходили на свою территорию.

Александр Палий:
Не спокойно, конечно, под нажимом, но возвращались. Устраивались такие провокации. И руководство Советского Союза принято решение в качестве ответной меры выдворить войска Соединенных Штатов Америки, Англии и Франции из Западного Берлина, который во время Второй мировой войны был освобожден от немецко-фашистских войск Красной Армией.

Дмитрий Семенюк:
Это было решение лично Никиты Сергеевича Хрущева.

Александр Палий:
Он его озвучил. А какие действия проводились в Политбюро, трудно сказать. Спровоцировано это решение было действиями западных стран, естественно. Я не буду сейчас комментировать цель, задачи. Для того, чтобы спланировать, в случае необходимости и провести действия против западных стран, в Берлин был направлен опытный полководец Великой Отечественной войны маршал Советского Союза Конев с группой генералов и офицеров, в составе которой был и ваш покорный слуга. Я был назначен на должность помощника начальника штаба группы советских войск Германии. В общем, был создан аппарат помощника по радиопротиводействию начальника штаба группы советских войск Германии.

Дмитрий Семенюк:
Это была самая мощная группировка советских войск?

Александр Палий:
Да, в то время это была самая мощная группировка, и не только у нас, но, пожалуй, в мире. ГСВГ была усилена частями ПВО, авиации, авиационной борьбы и других современных видов оружия. В короткий срок вокруг Берлина была создана мощная войсковая группировка, блокировавшая Берлин и способная, в случае необходимости политического решения, выдворить из него войска бывших наших союзников.

Дмитрий Семенюк:
Какое внимание маршал Конев обращал на состояние сил радиоэлектронной борьбы?

Александр Палий:
Во-первых, он детально разобрался в группировке вообще войск, ну и, прежде всего, войск ПВО, авиации, радиоэлектронной борьбы, систем управления. Практически каждый день он заслушивал мои сообщения по тем или другим вопросам, и не просто заслушивал, а давал конкретные указания, конкретные рекомендации, требовал их выполнения, поэтому работа по подготовке к возможной операции была выполнена на высочайшем уровне.

Дмитрий Семенюк:
А сколько лет было тогда Ивану Степановичу?

Александр Палий:
В 61-м году ему было 64 года. Но для заместителя министра обороны 64 – это возраст творческий. Еще есть здоровье, есть огромный опыт. Он был послан туда, поскольку участвовал с войсками в битве под Берлином и прекрасно знал обстановку. А самое главное, что он был грамотный, умный, волевой, очень коммуникабельный человек. Внимательно разбирался во всех делах, с какими ему приходилось иметь дело. После этого он был назначен в группу военных инспекторов.

Дмитрий Семенюк:
Какие силы были у вас тогда в подчинении на земле, в воздухе?

Александр Палий:
У меня были наземные батальоны, роты, полк, авиационные эскадрильи радиопомех. Кроме того, на всех самолетах были установлены средства индивидуальной защиты от радиопомех. Оснащение средствами радиоэлектронной борьбы было в том районе самым высоким в мире в то время. Я ответственно об этом говорю. Но через год было принято политическое решение, взвешенное, я считаю. С целью разрядки военно-политической обстановки в Европе приостановить запланированную акцию против западных государств.

Дмитрий Семенюк:
Провокации американцев и их союзников на границе двух Германий в начале шестидесятых были обыденным явлением. Всего с 1950 по 1983 год советские летчики сбили или заставили сесть 27 американских разведывательных самолетов, еще 60 были атакованы. Причем, истории не известно ни одного случая разведки советскими самолетами территории стран НАТО. На берлинских аэродромах, подконтрольных США, была смонтирована разведывательная аппаратура. Наш собеседник инспектировал эти объекты.

Александр Палий:
Я как помощник начальника штаба имел пропуск в Западный Берлин. У меня была машина с флажком, который позволял ездить по городу. По договоренности с западными государствами я мог просматривать, какие объекты они развернули в Западном Берлине. Прежде всего, нас интересовала разведывательная часть. Там были развернуты разведывательные средства, которые наблюдали, прежде всего, за состоянием группы советских войск в Германии, поэтому я в переговорах с западными руководителями, находясь в Западном Берлине, имел возможность влиять на то, чтобы была прекращена разведывательная деятельность против Советского Союза.

Дмитрий Семенюк:
Там была установлена электронная аппаратура слежения?

Александр Палий:
Прежде всего, конечно, радиоэлектронная аппаратура. Были развернуты центры специально для разведки прежде всего системы ПВО. Каждая страна имеет своей целью разведывать вероятного или потенциального противника или вообще вести разведку. Но в данном случае это была целенаправленная разведка сил, средств, состояния боевой готовности именно Советского Союза, а не каких-то противников. Мы тогда официально противниками не были.

Дмитрий Семенюк:
Понятно, что американцы не шли вам навстречу, и во время посещения аэродромов они чинили всевозможные препоны, хитрили?

Александр Палий:
Они пытались, конечно, что-то скрывать от меня, но это было сложно сделать, поскольку я специалист в этой области, и мне было достаточно взглянуть на аппаратуру и на данные, которые записывались в журналах, и там было все четко и ясно видно, какие устройства где установлены, а потом я же работал, и иногда видел эти разведывательные узлы или пункты. Располагались они в основном на аэродромах, которые контролировались западными странами – Гатов, Тегеле и Темпельхофе. На этих аэродромах были развернуты средства радиоразведки рядом с навигационными средствами для обеспечения взлета и посадки самолетов.

Дмитрий Семенюк:
Из чего состояли ваши будни? Проводились тогда учения?

Александр Палий:
Я там был с 61-го по 68-й год, семь лет. Ежедневно проводилась боевая подготовка, которая заменяет всякие учения. Было организовано постоянное взаимодействие всех частей, и если какая-то часть получала какие-то данные о радиоэлектронной системе противной стороны, она немедленно передавалась на пункт управления РЭБ и в соседние части, подразделения. За этим мы очень серьезно следили. Каждый день кто-нибудь проверял работу частей, были и совместные тренировки. Ставилась задача, например, прилетает самолет противника, надо принять меры, и сразу идет боевое взаимодействие. Наши самолеты-постановщики помех летали, конечно, но для наблюдения за радиоэлектронной обстановкой. Опыт группы войск в Германии, кроме совершенствования боевой работы, позволил выявить одно обстоятельство. Части радиопомех в то время были подчинены войскам связи. А войска связи отличаются организацией управления. За противником они не следят. Для них это была второстепенная задача.

Дмитрий Семенюк:
Александр Игнатьевич, можно вспомнить, что когда-то радиоэлектронные силы были подчинены войсковой разведке. Это похожая ситуация?

Александр Палий:
Да, части радиопомех были ликвидированы после Великой Отечественной войны. Одним из факторов их ликвидации без изучения опыта явилось то, что они фактически не вписывались в основную задачу Главного разведывательного управления. А здесь еще хуже. Там хоть силы разведки следили за противником. Могли и подавлять в случае необходимости. А здесь вообще они никакого отношения к этому не имели. Когда я приехал в группу советских войск в Германии с пятью частями радиопомех, сразу приказом главнокомандующего эти части были подчинены помощнику начальника группы войск в Германии по радиопротиводействию и изъяты из подчинения войск связи, ПВО и так далее. То есть была создана самостоятельная служба радиопротиводействия или радиоэлектронной борьбы. Это была, пожалуй, единственная в мире такая самостоятельная служба в те годы. Она обеспечивала более эффективную боевую подготовку, применение частей, их взаимодействие между собой, с частями радиоразведки, с силами и средствами всех родов войск и служб.
Маршал Конев, прощаясь с руководящим составом ГСВГ в апреле 62-го года на аэродроме, сказал мне: «Ваша служба, как показал опыт, крайне сложна и не всем понятна. Но как показал наш опыт в ГСВГ, особенно на учениях и в боевой работе, у нее большое будущее, и оно зависит от вашей настойчивости и поддержки руководства Министерства обороны, которому я обязательно доложу по прибытии в Москву свои мысли». После принятия решения маршал Советского Союза Конев возвратился в Москву в группу генеральных военных инспекторов. Должность главкома группы советских войск в Германии снова занял генерал армии Якубовский. Части радиопомех и должность помощника начальника штаба группы советских войск в Германии были сохранены в группе войск еще длительное время. Впоследствии опыт ГСВГ был распространен на все Вооруженные Силы. Когда в 1968 году я был назначен начальником отдела РЭБ Генерального штаба, была создана служба РЭБ, которую я первый возглавлял. Начали формироваться дополнительно части РЭБ, кафедры РЭБ, научно-исследовательские подразделения радиоэлектронной борьбы. И пошло развитие радиоэлектронной борьбы.

Дмитрий Семенюк:
С начала семидесятых годов Советский Союз и другие страны Организации Варшавского договора стали проводить масштабные учения по радиоэлектронной борьбе. Маневры одновременно проводились на территории нескольких стран Западного стратегического направления. На суше, в воздухе и на воде были организованы оперативно-стратегические игры. Последние 20 лет, в отличие от стран НАТО, подобных учений Россия не проводит. Рассказывает Александр Игнатьевич Палий.

Александр Палий:
Проводились эти учения, «Эфир-72», «Эфир-73», «Электрон-75» и другие в 70-е годы, и прекратились, когда в 1975 я ушел со своего поста. Замыслы и планы учений разрабатывались управлением РЭБ Генерального штаба, другими управлениями Генштаба по указанию Министра обороны. Руководил ими начальник Генерального штаба, генерал армии Куликов. Штабы руководства на них возглавлял начальник управления РЭБ Генштаба. На учениях, в которых принимали участие и силы оперативных направлений Юго-Западного, Северо-Западного, Западного направления, групп войск в Германии, флотов, армий, армий и корпусов ПВО, применялись имевшиеся тогда в достаточном количестве наземные, корабельные, авиационные части и подразделения РЭБ. На них были выработаны новые способы, уточнены направления и планы развития сил и средств радиоэлектронной борьбы. С учетом опыта учений активизировалась работа по совершенствованию средств, способов и форм радиоэлектронной борьбы в операциях, в боевых действиях. Генерал армии Куликов на одном из разборов сказал, что одна из задач учений – привлечь внимание руководства Министерства обороны, военных округов, групп войск, флотов и так далее к новой зарождающейся форме вооруженного противоборства и дать практику организации руководства радиоэлектронной борьбой в крупных операциях. Эта задача, как и другие, была успешно решена.

Дмитрий Семенюк:
Александр Игнатьевич, в первой половине 70-х годов создается специальная комиссия по противодействию иностранным электронным разведкам. Вы в этом принимали непосредственное участие.

Александр Палий:
По инициативе маршала Гречко в декабре 73-го года в Министерстве обороны создается государственная комиссия по противодействию иностранным техническим разведкам, которую возглавил тогда генерал армии Огарков, в последующем ставший начальником Генерального штаба Вооруженных Сил СССР. Эта служба была создана, прежде всего, благодаря использованию опыта службы РЭБ, и в эту комиссию были направлены специалисты радиоэлектронной борьбы.

Дмитрий Семенюк:
Александр Игнатьевич, почему эта комиссия появляется в 73-м году? Что предшествовало ее созданию?

Александр Палий:
В это время западные государства опять начали проводить интенсивную разведку и готовиться к конфронтации с Советским Союзом. На одном из заседаний военной коллегии Министерства обороны маршал Гречко, не приступая к рассмотрению основной повестки дня (насколько я помню, там какой-то вопрос о сержантах стоял), задал вопрос Главнокомандующему Военно-морским флотом адмиралу Горшкову: «Как это получается, что вы наметили стрельбу межконтинентальных баллистических ракет в определенный район? Стрельба еще не начата, еще несколько дней, а американцы расположили в этом районе свои средства засечки мест падения». Адмирал Горшков ответил, что произошла утечка, но, скорее всего, по линии промышленности, а не по вине военных. Но для этого имеются специальные службы, которые должны следить за предотвращением утечки. На что маршал Гречко сказал: «Служба это хорошо, но видишь, сквозь пальцы этой службы проходит такая важная информация. Надо нам в Министерстве обороны иметь орган, способный контролировать утечку данных и пресекать их. Где начальник службы РЭБ?». Я встаю. Он говорит: «Срочно в течение трех дней – записку по этому вопросу в руководство страны. Необходим орган, контролирующий вообще утечку данных при разработке техники, на испытаниях этой техники, при постановке на вооружение». Промышленность сама себя, как оказалось, не очень контролировала.
Я написал такую записку. Правда, я предложил, что в составе управления радиоэлектронной борьбы нужно иметь мощный отдел противодействия техническим средствам радиоэлектронной разведки противника. Он выслушал меня и говорит: «Все здесь правильно». Я предложил ему какое-то количество личного состава, на что он сказал, что ему нужно держать это в собственных руках, а, следовательно, у него должен быть заместитель, и приказал переделать записку. Я переделал, доложил ему через час. Он взял эту записку, поехал в ЦК КПСС, и там была получена резолюция. Предлагалось иметь комиссию по противодействию разведке и соответствующий аппарат. На этой записке было написано: «Согласен. Л. Брежнев». После этого был создан соответствующий аппарат, который и сейчас успешно работает по противодействию радиоэлектронной разведке.

Дмитрий Семенюк:
Сегодня значение РЭБ многократно увеличилось. В начале девяностых на вооружении ВВС Ирака были такие самолеты как МиГ-29. Однако все они были уничтожены в ходе операции «Буря в пустыне» 1991-го года, так и не поднявшись в небо. С помощью радиопомех система управления и навигации была подавлена, а без нее ни один самолет не взлетит. Беспомощными оказались и другие виды вооруженных сил Ирака. Операцию межнациональных сил иногда называют первой радиоэлектронной войной. Этим событиям будет посвящена наша следующая передача с участием генерал-лейтенанта Александра Игнатьевича Палия. До новых встреч на нашей частоте.

Источник - Народное Радио Программа «Секретная частота» от 22.07.2006

 

 
ГСВГ История ГСОВГ :: ГСВГ :: ЗГВ. Берлинский кризис 1961 г. История сил радиоэлектронного противодействия . Группа Советских войск в Германии.


Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.