Ваши письма
Объявления

--

Там был цвет нашей армии

В истории военно-политического противостояния Запада и Востока, обеспечившего, несмотря на многие негативные последствия, длительный мир и международную стабильность, огромную роль сыграла Группа советских войск в Германии (ГСВГ), впоследствии переименованная в Западную группу войск (ЗГВ). О том, что представляла собой группа, о характере ее боевой подготовки, отношениях с немцами и многом другом наш корреспондент беседует с пятнадцатым, предпоследним главнокомандующим ГСВГ генералом армии Борисом СНЕТКОВЫМ.

ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА

Борис Васильевич Снетков в 1943 году окончил 2-е Киевское училище самоходной артиллерии имени М.В. Фрунзе и был направлен на фронт. Прошел с боями от Восточной Украины до Восточной Пруссии, в 1945 году принимал участие в боевых действиях против японских войск в Приморье, Китае и Корее. В 1953 году окончил Военную академию бронетанковых и механизированных войск Советской Армии, в 1968 году – Военную академию Генерального штаба ВС СССР. Служил на различных командных и штабных должностях в Прибалтийском военном округе, Группе советских войск в Германии, Киевском военном округе. Был командующим 1-й гвардейской танковой армией ГСВГ (Дрезден), первым заместителем главкома ГСВГ. В 1979 году назначен командующим войсками Сибирского военного округа, в 1981-м – командующим Ленинградским военным округом. В 1987–1990 годах – главком ГСВГ.

- Борис Васильевич, вы возглавили ГСВГ в 1987 году. Что представляла собой группа в то время?

- Это была мощнейшая, численностью порядка миллиона военнослужащих, группировка советских войск на западном театре военных действий. Там был цвет нашей армии. В ГСВГ во все годы ее существования направляли лучших. Тех, кому можно было доверить отражение первого удара противника, находящегося не где-то за горами, за лесами, а на расстоянии прямого пушечного, а то и ружейного выстрела. Группа была обеспечена боевой техникой, вооружением, боеприпасами, горюче-смазочными материалами, всем необходимым военным имуществом в полном объеме. Усиленная боевая подготовка шла постоянно: днем и ночью, включая выходные. Учились все рода войск. ГСВГ по-прежнему отводилась ведущая роль в противостоянии мощным военным группировкам в Европе, оснащенным самой совершенной и современной боевой техникой и оружием, в том числе ядерным. На плечах частей и соединений группы, без преувеличения, зиждилась безопасность великой страны – СССР. И мы постоянно были готовы ко всему: гарантий, что нас не заставят воевать, не было.

- Каковы были планы действий ГСВГ в случае вооруженного конфликта между СССР и США, ОВД и НАТО?

- Мы готовились к самым разным операциям – на то есть штабы, которые просчитывают все варианты действий. Наша задача заключалась в том, чтобы обеспечить защиту западных рубежей СССР от угроз и поползновений и сокрушить любого противника. Мы с этой задачей, несомненно, справлялись и выполнили бы ее при любом развитии ситуации.

- Конец 1980-х – это время «потепления и разрядки» между СССР и США, Организацией Варшавского договора и НАТО. Это как-то отражалось на деятельности ГСВГ?

- Конечно, международные договоренности вносили новое содержание в боевую подготовку и учебу войск. Например, изменились масштабы учений и перемещений войск. Вводились новые режимы полетов авиации, накладывались серьезные ограничения на участие в проводимых мероприятиях боевой подготовки подразделений и частей Воздушно-десантных войск, десантно-штурмовых бригад и батальонов. Еще до моего назначения в 1986 году командование ГСВГ начало регулярно представлять план военной деятельности западным партнерам. Это касалось как самостоятельных учений группы, так и совместных учений с армией ГДР. Сообщались зоны проведения военных мероприятий, указывались географические координаты пунктов прибытия и сосредоточения частей и соединений. На учения приглашались иностранные наблюдатели. Уже в мою бытность главкомом начали налаживаться связи между ГСВГ и американскими, британскими и французскими войсками в ФРГ. Сначала к нам в группу приезжали американский, британский и французский главкомы. Мы показывали им войска: людей, технику, занятия, учения. Потом они приглашали меня. Такие контакты, конечно, смягчали противостояние.

- То есть у вас была уникальная возможность сравнить уровень нашей и их подготовки. Как вы оцениваете своих тогдашних противников?

- Они совершенно не сильнее нас ни по боевой выучке, ни тем более по духу. И наша техника нисколько не хуже, а по очень многим параметрам значительно превосходит иностранную. Вот, приведу пример из боевой подготовки танкистов. Мы как стреляем? С ходу! Прошел танк рубеж открытия огня – появляются цели, наводим, стреляем. Поразил цель – она падает, не попал – стоит. Не успел второй выстрел сделать – мишень сама упала, то есть как будто цель маневрирует… У них сам подход совершенно иной. Вышел танк на рубеж открытия огня, остановился – и ведет огонь по целям, пока не попадет. Если сравнивать военные возможности союзников в Европе, то, конечно, тон задавали США. Я бы поставил их впереди по уровню подготовки, оснащенности вооружениями, военной техникой, далее – Великобритания, а затем – французы. Хотя их группировки были так же, как и советские войска в Германии, укомплектованы всем необходимым. Я бы сказал так: воевать они, конечно, смогли бы, но не с нами. Они сами видели, что мы реально сильнее их. И, кстати, сами же об этом не стеснялись говорить. ГСВГ и ЗГВ заставляли США и их европейских союзников реально уважать СССР и считаться с нашими интересами.

- Превосходство СССР и ОВД в обычных вооружениях заставляло США и НАТО делать ставку на ядерное оружие…
- На ядерное оружие ставку делали все, у кого оно было.

- Случались ли какие-то инциденты, например с американскими войсками?

- За время моего командования – никогда. Все понимали, чем это могло кончиться.

- А существовала ли между главкомами советских и союзных войск в Западной Европе какая-то «горячая линия», постоянный контакт, с помощью которого можно было бы оперативно решать какие-то возникающие вопросы?

- Нет, и такого у нас ни с американцами, ни с англичанами, ни с французами не было. Но в это время СССР и США, ОВД и НАТО проводили линию на установление и поддержание дружественных отношений между своими вооруженными силами. Поэтому контакты, конечно, периодически имели место.

- Как складывались отношения с немцами на высшем государственном уровне, с военными и населением?

- С Эрихом Хонеккером, тогдашним руководителем ГДР, мы общались редко. Хотя я мог выходить на него без ограничений, но особой необходимости в этом не было. По-русски говорил он плохо. Но я его понимал, даже когда по телефону докладывал. Помню, произошло ЧП: танк заблудился на танкодроме и залез на железнодорожное полотно. Слава богу, никого не убил. Я вынужден был доложить Хонеккеру о случившемся. Он находился дома. Выслушав доклад, Хонеккер сказал: «Борис Васильевич, разберитесь сами». Сам же он на меня никогда не выходил. Но я всегда считал его человеком умным и мыслящим. Что касается Национальной народной армии ГДР, то отношения с ней были самыми дружественными. Мы регулярно отрабатывали совместные действия – вопросам взаимодействия с немцами в основном в оборонительных операциях в подготовке соединений и частей ГСВГ уделялось значительное внимание. Последние совместные учения ГСВГ и ННА прошли 17–20 апреля 1989 года. Хорошие отношения были у нас и на бытовом уровне, с населением страны. Вообще ГДР и СССР считали себя союзниками. Да так оно и было. Со всеми из этого вытекающими последствиями.

- Наверное, центральными событиями во время вашего командования ГСВГ стали падение Берлинской стены 9 ноября 1989 года и объединение Германии. Как это отразилось на войсках группы?

- С объединением Германии войска оказались в принципиально новых условиях – на территории страны – члена НАТО. Обстановка была напряженной. Уже в силу самих масштабов происходившего дальнейшее развитие ситуации могло стать неконтролируемым. Случались и открытые провокации против советских войск. Например, западные спецслужбы проверяли надежность караульной службы на ряде объектов ЗГВ. По имевшейся у нас информации, провокации против советских войск планировали и некоторые лидеры политических движений. Но мы на провокации не поддавались. Мы считали так: все, что касается объединения, – внутреннее дело граждан Германии. Выполнение полицейских функций на группу не возлагалось. Мы были предназначены исключительно для боевых действий против внешнего противника. Я бы хотел отметить, что и в таких условиях группа была морально и психологически готова к выполнению поставленных задач. Сама обстановка вокруг военных городков, реально существовавшая угроза безопасности членов семей советских военнослужащих сплачивали личный состав, готовили к пресечению любых провокаций, в том числе вооруженных. В то же время мы все четко осознавали необходимость строгого соблюдения нейтралитета.

- О первых месяцах после снятия границы между ФРГ и ГДР ходит много слухов…

- Небылиц написано много. Например, я как-то прочитал, что рота глубинной разведки отдельного разведывательного батальона 47-й танковой дивизии после снятия границы совершала разведвыходы вплоть до Ла-Манша! Все это чушь. Мы прекрасно понимали, какая ответственность лежит на нас.

- Подписанный в 1990 году президентом СССР Горбачевым и канцлером ФРГ Колем договор предусматривал, что все советские войска, дислоцированные на территории Германии, должны были покинуть ее с конца 1990 по 1994 год. Вы готовили вывод группы?

- Конечно, все решалось в Москве. Горбачев во время визита в ГДР, посвященного 40-летию ее образования, Группу войск не посетил, а ограничился лишь короткой беседой со мной как с главкомом перед возложением венков в Трептов-парке. Хотя ему, видимо, стоило бы посмотреть на тех, чью судьбу он собирался решать.
В декабре 1989 года в ЗГВ с визитом прибыл заместитель министра обороны СССР генерал армии Петр Лушев. Прилетев в Шперенберг, авиационные ворота группы, он сразу приехал в штаб. «Борис Васильевич, как дела?» – спрашивает он. «Все нормально», – отвечаю я. «Давайте планировать вывод», – без перехода ошарашивает он, хотя я уже был морально готов к такому разговору. Не знал, с кем, где он произойдет, но понимал – его не миновать.
«Группу выводить я не буду! – сказал я ему. – Маршал Жуков основал Группу советских оккупационных войск в Германии, создавали ее видные военачальники, а я, пятнадцатый главком, разгоню?! Я не буду этим заниматься!» – «Хорошо, у меня вопросов нет», – сказал Лушев, попрощался, сразу уехал на аэродром и улетел в Москву...
Западную группу войск выводил уже новый главком. К сожалению, богатый опыт элиты Вооруженных Сил СССР оказался утрачен, а большинство прославленных частей, соединений и объединений после возвращения из Германии в Россию было расформировано.

Источник -газета Красная Звезда 9 Июня 2005 года

Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства

 
ГСВГ История ГСОВГ :: ГСВГ :: ЗГВ. Там был цвет нашей армии . Группа Советских войск в Германии.


Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.